История

Мэри Эйнсворт —

Ранние работы

В аспирантуре Мэри работала под руководством Уильяма Эмет Блатца (Blatz), который был основателем и первым директором Института изучения ребенка при Университете Торонто. Блатц был сосредоточен на изучении того, что он назвал “теорией безопасности.” Эта теория состояла в том, что различные уровни зависимости человека от своих родителей означают разные качества отношений с родителями, а также, качество отношений с будущими партнерами. Блатц предположил, что чем более безопасные и зрелые отношения с родителями, тем более вероятно, что и все отношения человека будут здоровыми и без неуверенности. “Я была под впечатлением от его идеи, что ребенок испытывает чувство безопасности от того, что находится рядом с родителями”, – писала Мэри Эйнсворт . “Эта безопасность позволяет ему двигаться вперед, чтобы исследовать мир, изучать его и приобретать навыки, чтобы справляться с тем, с чем он сталкивается. Я не помню, называл ли он это “использованием родителя, как надежной базы, от которой ребенок отталкивается, чтобы исследовать мир” , но это то, как я в конце концов это сформулировала”.(цитируется по переводу кусочка книги «Становление привязанности» Роберта Кэрона– http://alpha-parenting.ru/2013/08/13/stanovlenie-privyazannosti-2/).

Мэри Эйнсворт защитила диссертацию и могла оставаться преподавать в Торонто. В 1939 году она стала преподавателем университета.

Затем ушла добровольцем на фронт во время Второй мировой войны. В армии она занималась клинической психодиагностикой и оценкой персонала, и дослужилась до звания майора в 1945 году.

В 1946 году она вернулась в Университет Торонто, где она и Блатц совместно руководили командой, изучающей безопасность в различных аспектах взрослой жизни. В эти годы она стала соавтором книги о технике чернильных пятен вместе с Бруно Клопфером (Bruno Klopfer), ведущим на то время интерпретатором Роршаха (Rorschach).

Но после замужества в 1950 году, Мэри последовала за мужем Леонардом Эйнсвортом в Англию, где муж получал учёную степень. В Англии Мэри Эйнсворт присоединилась к небольшой исследовательской группе Джона Боулби в его Тавистоксой клинике, откликнувшись на газетное объявление, в котором Джон Боулби подыскивал себе ассистента. Так началось их 40-летнее сотрудничество.

Группа занималась исследованием влияния разделения с матерью на развитие ребенка. Сравнение разрушенных связей в диаде «мать-ребёнок» с нормальными отношениями «мать-ребенок» показали, что отсутствие у ребенка материнской фигуры приводят к негативным последствиям для развития ребёнка. Четыре года, проведенных Эйнсворт с Боулби и его маленькой командой, изменили ход ее карьеры.

Обязанностью Эйнсворт в отделе Боулби было анализировать и упорядочивать огромное количество данных, которые собирали его люди, и определять направление для дальнейших исследований. Одним из тех, чьи материалы она обрабатывала, был Джеймс Робертсон (James Robertson), социальный работник, который недавно умер в возрасте 77-ми лет. Робертсон проводил детальные исследования маленьких детей, которые были отправлены в больницу, где в начале 1950-ых родителям разрешались лишь очень ограниченные посещения. Искусные наблюдения Робертсона отметили муки и отчаяние у детей, которые вызывало это разделение. Когда эксперты-психиатры утверждали, что такая травма у детей не могла возникнуть, Робертсон пришел в бешенство. Он решил записать на камеру, то что происходит с детьми. Его трогательный документальный фильм “Двухлетний ребенок в больнице” о разделении маленькой Лоры с родителями в течение восьми дней имел влияние на изменения больничных правил: родителям разрешили ежедневные посещения, а также оставаться на ночь с госпитализированными детьми.

“Это была работа Джимми, которой я больше всего восхищалась,” – говорила Эйнсворт, которая провела много часов, перерабатывая сырые данные Робертсона в теорию. “При исследовании разлуки он знакомился с семьями до того, как ребенка разделяли с родителями; он вел наблюдение за поведением детей во время разделения, и следовал за ними, когда они возвращались домой. И я поняла, что когда бы и где бы я ни была, если бы у меня была возможность начать исследование, то это было бы исследование путем прямого наблюдения в естественной среде, такое как я и сделала в Уганде”.

Поделитесь знанием с друзьями!
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •